ГМО и Гомо сапиенс. Часть 2

17.05.200552650

Часть 1 можно href="http://www.cbio.ru/v5/modules/news/article.php?storyid=828">прочитать
здесь
.


ГМО действительно отличаются от обычных растений – в лучшую
сторону. А обычные растения, если подойти к ним так же пристрастно, как к
трансгенным, следовало бы полностью запретить к употреблению.


Обычные растения вредят здоровью потребителей


Бывает, скажут о
чем-то: смотри, это новость!

А уже было оно в веках, что прошли до нас.

Соломон Давыдыч


Обычные культурные
растения – это отвратительные мутанты.
Все существующие на Земле виды живых
существ – результаты мутаций (а также наследственности и отбора). Большинство
результатов спонтанных мутаций нежизнеспособно или обречено на вымирание.
Немногие из удачных мутантов, получивших в результате случайных изменений в
хромосомах какие-то преимущества по сравнению с родительским видом, дают начало
новым видам.


Все культурные растения и домашние животные, за редкими
исключениями вроде тропических аквариумных рыбок и экзотических цветов, –
результат искусственного отбора мутантных особей со свойствами, полезными
человеку (и бесполезными, а чаще – вредными самому растению). Пшеница –
результат многократного межвидового скрещивания. Банан – триплоидный стерильный
гибрид двух несъедобных видов растений. Рапс – плод противоестественной страсти
капусты и сурепки. Кукуруза – бывший малосъедобный злак теосинте style='mso-bidi-font-style:normal'>(Euchlaena), который древние мексиканцы без
никакой генной инженерии изуродовали настолько, что его нынешний потомок
относится к другому даже не виду, а роду – кукурузе (Zea). Дикая уссурийская соя Glycine
soja
считается ближайшей родственницей культурной сои G.max – но это разные виды, и в природных условиях опылить дикую
родственницу не может ни обычная соя, ни трансгенная. Садовая земляника (ее
привычно, хоть и ошибочно, называют клубникой), табак, слива – все это
межвидовые гибриды.


Культурные растения настолько отличаются от своих ближних и
дальних диких родственников, что многие любомудрствующие энтузиасты всерьез
считают, что нашим предкам их привезли на летающей тарелке добрые
палеоконтактеры – идея не более бредовая, чем многое из того, что пишут о ГМО
их недоброжелатели. А те культурные растения, которые формально относятся к
тому же виду, что и их дикие предки, за тысячи лет неосознанного отбора
превратились (с точки зрения выживания в природных условиях) в отвратительных
нежизнеспособных уродов.


Около ста лет назад селекционеры стали заниматься отбором не
наугад, а по законам генетики, и перестали дожидаться случайных мутаций. Для
создания новых, еще более урожайных и устойчивых к болезням монстров они стали
плодить мутантов, полученных в результате действия на клетки растений ядовитых
веществ (например, хорошим мутагеном оказался иприт) и радиации. В результате
таких воздействий хромосомы ломаются и перестраиваются чудовищным образом.
Виды, не желающие заниматься противоестественным межвидовым опылением, стали
скрещивать путем прямого слияния клеток.


Традиционные методы скрещивания разных видов и сортов с
разными свойствами и ударов мутагенами по хромосомам приводят к непредсказуемым
последствиям. Хромосомы при этом ломаются и перестраиваются наобум, вместе с
желательным признаком у мутантного или гибридного растения проявляются вредные.


Варварские методы воздействия на геном, которыми
селекционеры пользовались сто лет назад и продолжают пользоваться и сейчас,
противники ГМО считают естественными, а «обычными растениями» – тысячи
гибридных сортов, в том числе отвратительных карликов, которые вместе с химией
и агротехникой стали основой «зеленой революции» шестидесятых годов ХХ века.


Генная инженерия безопаснее традиционных методов выведения
новых сортов. При создании ГМО в хромосому вводится только один перспективный
ген, кодирующий определенный белок, и несколько точно известных вспомогательных
генов. Из множества обработанных клеток отбирают только те, в которых нужный
ген встроился в нужное место. После этого у растений, полученных из выбранных клеток,
проверяют, как белок, кодируемый новым геном, взаимодействует с остальными
белками, что меняется в метаболизме растений, не проявляется ли вдруг у белка
по отдельности и у всего растения в целом канцерогенные, мутагенные,
аллергенные, токсические свойства (на мушках, мышках и только потом – на
людях). После всех испытаний за разрешенными к применению сортами приглядывают
и сами разработчики, и, еще внимательней, многочисленные «зеленые», но ни одно
из сотен разрешенных трансгенных растений так и не проявило никаких
нежелательных свойств.


Обычные растения
вредны для здоровья.
Обычная картошка – ядовитое растение, содержащее
токсичные гликоалкалоиды соланин и хаконин. Особенно много ядовитых веществ
содержат поврежденные или позеленевшие клубни. Если бы какой-нибудь Колумб
решил выращивать картофель и кормить им европейцев сейчас, а не пятьсот лет
назад, разрешения на это он бы ни за что не получил.


Многие обычные культурные растения содержат столько
токсинов, что их следовало бы продавать только по рецепту и употреблять в
гомеопатических дозах. К сожалению, до сих пор никому не пришло в голову
поставить несложный эксперимент: посадить крыс на диету из кофейных зерен и
предъявить независимым экспертам результаты вскрытия. Да что там кофе –
подержите крыс на диете из обычной свеклы, и посмотрите, что выйдет (вернее,
вытечет).


Устойчивость обычных растений к вредителям и болезням
обеспечивают токсичные вещества, в том числе лектины и ингибиторы протеаз.
Последних особенно много в бобовых. Когда после Первой мировой войны в Германию
под видом гуманитарной помощи завезли аргентинскую фасолевую муку, даже у
немцев, привыкших за четыре года к суррогатам, продукты с ее добавкой подавили
действие пищеварительного фермента трипсина и вызвали диспепсию, дистрофию и
другие нежелательные последствия. В тех же бобовых в больших количествах
содержатся и лектины, и олигосахариды рафиноза и стахиоза, действие которых на
организм отражено, в частности, в народной мудрости «если ты поел горошка, не
забудь открыть окошко». Несмотря на заведомую токсичность, бобовые составляют
заметную часть рациона Гомо сапиенса.


Полмиллиарда человек регулярно и в больших количествах едят
маниок, в котором содержатся – держитесь за стул – цианогенные гликозиды, от
20-40 мг до 0,5 г чистого цианида на килограмм веса! Блюда из маниока,
приготовленные с отклонениями от выработанной методом проб и трагических ошибок
технологии, вызывают истощение и даже приводят к инвалидности.


При хранении арахиса в нем часто развивается плесневый
грибок Aspergillus flavus.
Повышенная частота заболеваний раком печени в Африке по сравнению с другими
ареалами обитания Гомо сапиенса объясняется именно канцерогенным и
гепатотоксическим действием выделяемого этим грибком афлатоксина.


И так далее. О вреде обычных растений можно написать том
толщиной с «Книгу о вкусной и здоровой пище». Особенно если включить в список
табак, алкогольные напитки, маргарин, колбасно-сосисочные изделия и другие
продукты растительного происхождения.


К сожалению (не иначе как под давлением производителей
традиционной сельхозпродукции) информация о токсическом действии обычных
растений замалчивается. Потребители блюд из рыбы фугу хотя бы знают, на что
идут ради гастрономического удовольствия, а потребители пищевых продуктов,
приготовленных из обычных растений, не имеют информации о содержащихся в них
ядовитых веществах.


Если проверить обычные сельхозкультуры на токсичность так же
внимательно, как проверяют ГМО, не меньше половины культурных растений пришлось
бы немедленно запретить или как минимум обязать производителей продукции,
содержащей любые растения, печатать на упаковке длинный перечень содержащихся в
них веществ, опасных для здоровья.


Кроме того, все культурные растения, от Апельсинов до
Ячменя, следовало бы запретить из-за их аллергенного действия.


В некоторых случаях аллергику достаточно исключить ряд
продуктов из своего рациона. Но что делать европейцам, у которых часто
встречается целиакия, наследственное заболевание, вызванное непереносимостью
глиадина – белка, который содержится практически во всех злаках, кроме риса,
кукурузы и гречи? В тяжелых случаях от целиакии умирали еще полвека назад, пока
аллергологи не выяснили причину болезни, а пищевики (буквально через пару лет)
не научились производить безглютеновые продукты. Легкая непереносимость белка
злаковых часто остается невыявленной – ее принимают за колит и другие
заболевания кишечника. По осторожным оценкам, умеренной целиакией болеет один
европеец из тысячи. Есть даже мнение (и об этом тоже пишут товарищи с учеными
степенями), что переход на питание злаками был трагической ошибкой
человечества. Но Гомо сапиенсы потому и перешли на злаки, что бананов на всех
не хватало, а мамонты кончились…


А как быть азиатам, у которых основной продукт питания – рис
– часто вызывает диффузный нейродермит? А африканцам, для которых аллергичный
(даже без афлатоксина) арахис является одним из основных источников какого ни
есть, а белка? Разве что ждать, когда безбожные экспериментаторы выведут
генетически модифицированные неаллергичные сорта самых аллергичных и широко
распространенных культурных растений. Хлеб и макароны из пшеницы без глиадина
будет не дороже нынешних безглютеновых продуктов – может быть, человечество с
помощью генной инженерии сумеет исправить ошибку своих неолитических предков?


Единственный случай, когда у ГМО (еще на стадии испытаний)
было выявлено вредное влияние на здоровье Гомо сапиенса – сорт сои, аллергичный
из-за гена бразильского ореха. Редкая страшилка обходится без этого
доказательства опасности трансгенных растений, хотя доказывает эта история
только то, что производители ГМО соблюдают строжайшие правила техники
безопасности. Среди прочих проверок трансгенные растения обязательно проверяют
на аллергичность, особенно если встраиваемый ген берут из очень аллергенного
источника. Для улучшения состава белка очередного трансгенного сорта style='mso-bidi-font-weight:normal'>кормовой сои исследователи решили
ввести в нее ген бразильского ореха, который свободно продается на корм Гомо
сапиенсам, хотя у некоторых из них вызывает аллергическую реакцию вплоть до
анафилактического шока. А поскольку вполне вероятно, что кормовую сою нечестные
гомо сапиенсы когда-нибудь скормят другим гомо сапиенсам под видом пищевой,
товарищи решили перестраховаться и – в соответствии с методикой – нашли девять
человек со справками о сильной аллергии на бразильский орех и взяли у них пробы
крови. Методом твердофазного иммуноанализа в восьми пробах была выявлена
положительная реакция на белок проверяемого сорта, и в производство его не
пустили.


Аллергия на обычный белок обычной сои встречается чаще, чем
аллергия на бразильский орех. Если подойти к обычным растениям с той же меркой,
как и к трансгенным, сою, как и все остальные культурные растения, следовало бы
запретить.


Обычные культурные
растения опасны для экономики.
Выращивая обычные растения, производители
сельхозпродукции попадают в зависимость от производителей удобрений, герби-,
фунги-, инсекти- и прочих -цидов, от поставщиков сельхозтехники, колебаний цен
на бирже, погодных условий и множества других факторов.


Самое главное – крестьяне вынуждены платить производителям
семян обычных сортов. Владельцы фазенд площадью в шесть соток спокон веку
сажают F1-гибриды
огурцов и каждую весну покупают новые пакетики семян у производителей, которые
с помощью достижений науки, выдуманной монахом с подозрительной фамилией
Мендель, злонамеренно лишают крестьянина священного права оставлять семена на
посадку.


Чаще всего пересеивать семена все-таки можно, но любой сорт
любого растения рано или поздно вырождается из-за пыльцы с соседних полей,
засеянных другими сортами, и из-за расщепления признаков при самоопылении. Раз
в несколько лет, а то и ежегодно, крестьянам приходится платить производителям
семян обычных сортов за свежий посевной материал.


В отличие от обычных растений, ГМО уменьшают зависимость
производителей сельхозпродукции от монополистов. Показательный пример –
недавняя претензия «Монсанто» к правительству Аргентины. Аргентинские власти
так и не допустили того, чтобы монополисты-гринго запатентовали в их стране
свои сорта трансгенной сои. Контрабандной монсантовской продукцией, тем не
менее, засеяна большая часть полей аргентинщины. Весной 2005, после смягчения
запретов ЕС, аргентинцы стали ввозить трансгенную сою в Европу, а платить
патентовладельцу положенные по закону роялти и не думают. А в ответ на протест
владельца авторских прав свободолюбивое аргентинское правительство в
дипломатических выражениях послало его далеко-далеко.


Сторонники ГМО подсчитали, что чистый доход фермеров только
за счет внедрения инсектицидных трансгенных растений вырастет на треть. Можно
представить себе, что производители трансгенных растений подкупили все
правительственные организации и 99% ученых – но неужели они смогли подкупить
крестьян во всем мире, которые долларом (рандом, юанем и т.д.) голосуют за ГМО?


Александр Чубенко,
интернет-журнал «Коммерческая биотехнология» lang=EN-US style='mso-ansi-language:EN-US'>http lang=RU style='mso-ansi-language:RU'>://www style='mso-ansi-language:RU'>.cbio.ru


Окончание следует.



Ваш комментарий:
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарии. Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.
Вернуться к списку статей